БИБЛЕЙСКО- БИОГРАФИЧЕСКИЙ  СЛОВАРЬ Словарь содержит 80000 слов-терминов

ИСАЙЯ

. Человек по своему уму существует в прошедшем, настоящем

и будущем. Он вспоминает прошедшее, чувствует настоящее, предвидит будущее.

Это предвидение или, лучше, видение, как говорили евреи, и составляет пророчество.

Итак, отвергать пророчество значит допускать, что человек, заключенный

в пределах прошедшего и настоящего, не может проникать в будущее; значит

утверждать, что наш Творец не может расширять тесного круга наших способностей

и давать нашему уму так ясно созерцать будущие события, как будто бы они

происходили перед нашими глазами. Определяемый таким образом пророческий

дар не может быть отвергаем. Не входя в скучные споры о возможности и свойстве

пророческого дара, мы скажем только, что его действительность, подтвержденная

всеми народами и веками, есть факт несомненный, столь же действительный,

как и существование человека. Послушаем Цицерона, представителя всей древней

мудрости. «Предание весьма древнее, — говорит он, — дошедшее до нас от

времен героических и подтверждаемое верой римского и всех других народов,

гласит, что между людьми существует гадание, которое греки называют словом,

означающим предчувствие или знание вещей будущих. Дело великое и спасительное,

если оно действительно существует, которое более чем что-либо другое приближает

нашу природу к природе божественной... Я не вижу ни одного народа, ни образованного

и умного, ни грубого и варварского, который не верил бы, что будущее возвестимо,

что многие знают его и могут предсказывать». Это верование основывается

главным образом на первоначальном предании, а второстепенным образом на

том факте, что Бог не переставал, даже после закона писаного, возбуждать

истинных пророков, чтобы всем людям доставить средства ко спасению. Валаам

представляет этому весьма замечательный пример. У иудеев пророческое предание

всегда видимо. До закона писаного Адам, Енох, Ной, Авраам, Исаак, Иаков,

Иосиф получали от Бога дар видения; а со времени Моисея, которому дано

было видеть Бога лицом к лицу, ряд пророков прерывался на весьма незначительное

время. После Малахии, заключившего ряд этих Богодухновенных мужей, наступило

продолжительное молчание, потому, что, как замечает один знаменитый писатель,

это время было временем ожидания и что Сам Божественный Посредник шел явиться

людям без покровов и прообразов. Известно, что на языке Священных Книг

пророк и видящий суть два однозначащих слова. Таким образом, человек пророчествовавший

не только возвещал будущее, но также ясно видел настоящее состояние вещей

и громко повторял свою мысль. Итак, пророки имели весьма отличное один

от другого назначение; это замечание необходимо иметь в виду при чтении

их творений. Иногда они суть не иное что, как историки, рассказывающие

факты, происходившие перед их глазами; но в отличие от других историков

они в то же время просвещены Духом Божиим и с малейшими подробностями возвещают

самые отдаленные последствия этих фактов. В древней истории нет ни одного

важного переворота, ни одной замечательной победы, которые не были бы видимы

и предсказаны, и если некоторые из этих предсказаний ныне кажутся для нас

непонятными, то мы не должны этому удивляться, потому что они были высказаны

не для нас и имели отношение к тому, чего ныне не осталось и следов. «Пророки,

— замечает Ориген, — возвещали не только великие события, интересовавшие

все народы земли или весь иудейский народ... но и события частные; этому

много примеров в священных книгах евреев». Самые важные для нас, и требующие

от нас пространнейшего изложения, суть пророчества, относящиеся к пришествию

Мессии; и здесь мы должны предложить нашим читателям некоторые общие замечания,

относящиеся к тому, что мы будем говорить о служении и писаниях пророческих.

Вначале Бог открывал человеку все, что было необходимо для его умственной

жизни; открывал прошедшее, то есть каким образом Он извлек его из ничего,

его и всю вселенную, расстилавшуюся перед его глазами; открывал настоящее,

то есть сущность его существа и окружавших его существ отношения, существующие

между ними; средства, при помощи которых он мог бы сохраниться; обязанности

наложенные на его ум, сердце и чувства; наконец, открывал ему будущее,

показывая его бессмертное назначение. Но после падения человека плачевная

перемена совершилась в его назначении. После преступления его будущее уже

было не то, чем было для невинного человека; это будущее, кроме того, должно

было различаться, смотря по милосердию или правосудию Божию. Но что было

бы с преступным человеком, если бы он не знал, что ожидает его в будущем,

если бы он уносил из прошедшего только воспоминания о неоплаканном преступлении?

Итак, было необходимо, чтобы после падения нашего праотца Бог открыл ему

свои определения касательно его будущей судьбы; итак, было необходимо,

чтобы Бог говорил снова и чтобы тот, кого Промыслитель удостаивал своей

беседы, передал другим Его слово, необходимое для всех. Вот начало пророчеств;

понятно, что оно составляет существенную часть откровения порядка нравственного

и религиозного, одним словом, всего порядка, относящегося к разумным существам.

Для этой-то цели, кроме видящих, которых Промыслитель возбуждал у всех

народов, он избрал народ, у которого пророческое служение было непрерывно

и в котором будущий Посредник был возвещаем из рода в род самым ясным и

точным образом. Священное Писание дает самое обширное значение слову видящий,

или пророк. Вообще оно прилагает его ко всем людям проницательным, ко всем,

которые, употребим выражение священных книг, имеют глаз отверст. В этом

смысле употребил его Моисей, когда просил Бога, чтобы весь народ был пророком,

чтобы весь народ видел то, что необходимо для долголетнего и счастливого

жития на земле. В частности, оно прилагается к семидесяти старцам израильским,

которые были проникнуты той же мыслью, тем же духом, как и законодатель.

Оно прилагает его ко всем людям, одаренным живым и пламенным воображением,

к музыкантам, к поэтам; вот почему дети Асафа обязаны были пророчествовать

во храме под звуки музыкальных инструментов; ко всем людям, которых чрезмерная

восторженность бросала в род восторга, известного и уважаемого у всех народов

древности; наконец, мы видим, что Аарон называется пророком своего брата,

то есть истолкователем, по причине недостатка в произношении, на который

Моисей жаловался. Но в теснейшем смысле это имя давалось тем, которые,

будучи вдохновлены свыше, защищали закон, представили народу последствия

его беззаконий, одобряли или осуждали поступки народа, городских властей,

начальников, жрецов, царей, синедрионов, всех, и возвещали будущую судьбу

Израиля. Одно из важнейших обстоятельств, дающее совершенно особенный характер

еврейскому законодательству, есть то, что пророк не должен излагать своих

мыслей от собственного лица, но от имени Иеговы; по примеру Моисея он должен

представляться только со стороны Бога Авраамова, Которого воля есть выражение

общего интереса. Священное Писание показывает, что число видящих, книги

которых потеряны или речи которых никогда не были написаны, весьма значительно;

каждый город имел своих. Сначала они следовали какому-либо славному пророку;

составляли даже род обществ, в которых их посвящали во все познания того

времени и в дух законов. Из истории мы знаем, что Самуил и Елисей председательствовали

в этих обществах и говорили перед большим числом слушателей; отсюда произошло

имя учеников или детей пророческих. Кажется, они носили особенную одежду,

отличавшуюся своей простотой от одежды народа. Эта одежда состояла, как

показывает Исайя, из грубого шерстяного темного цвета мешка с отверстиями

для головы и рук. Подобную одежду носил Иоанн Предтеча в пустыне; она показывала

печаль и покаяние. Но между всеми этими людьми было много таких, которые

говорили без толка, ума и воодушевления и которые, подчиняя голос Божий

или интересы народа собственным интересам, бесчестно продавали свою совесть

и свои речи. «Ваши пророки погубили вас, — говорил опечаленный Иеремия,

— приучили к вещам суетным и безумным, говорили за деньги, и даже не хотели

перстом указать на ваши беззакония, чтобы предотвратить ваши бедствия».

В публичных собраниях, в дни субботние, в торжественные праздники пророки

произносили свои речи и останавливали беспорядки и злоупотребления, вторгавшиеся

в народ. Часто они не довольствовались для выражения своих мыслей одними

словами, но употребляли формы драматические, способные поразить умы и привести

в восторг; так, Иеремия явился на публичной площади с ярмом на шее для

изображения неизбежности ига халдеев; так, Исайя босыми ногами, без верхних

одежд шел по Иерусалиму, чтобы показать состояние наготы и бедности, до

которого будут доведены египтяне и ефиопляне. Но Иезекииль самым блестящим

и поэтическим образом обозначает обязанность пророков: «Предвечный уподобляет

пророка стражу; если страж затрубит в рог при нападении неприятеля и если

его народ, слышавший сигнал, не будет защищаться, то кровь его падет на

сам народ; если же он не затрубит в рог и допустит неприятеля напасть на

его народ, то кровь народа взыщется на нем; так и пророк есть страж Израиля,

и если он слушает слово Господне и говорит его народу, то исполняет свои

обязанности; но если он хранит молчание, а Израиль погибнет, то эта погибель

взыщется на нем». Жизнь пророков обыкновенно была проста и воздержанна.

Чтобы привлечь на себя вдохновение свыше, они должны были сохранять себя

чистыми от всякой нечистоты, а чтобы их слова принесли плоды, надобно было,

чтобы самое их поведение было живой проповедью. Они могли быть обвиняемы

в трех главных пунктах: всякий пророк, который говорит от имени богов неизвестных

или чуждых, может быть отдан в руки судей, ибо только от имени Иеговы позволялось

говорить речи народу. Точно так же, когда учит вещам существенно ложным

или противным закону или когда с уверенностью предсказывает те события,

которые не случились; ибо его слово может ввести в заблуждение народ, привести

его к путям неправды, и особенно сделать его нечувствительным к голосу

других пророков. Вот как говорит об этом существенном пункте великий законодатель:

«Но пророка, который дерзнет говорить Моим именем то, чего Я не повелел

ему говорить, и который будет говорить именем богов иных, такого пророка

предайте смерти. И если скажешь в сердце твоем: «как мы узнаем слово, которое

не Господь говорил?» Если пророк скажет именем Господа, но слово то не

сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие

пророк по дерзости своей, — не бойся его» (Втор. 18:20—22). Исключая эти

три случая, пророк сохранял совершенную свободу; если он поступал против

закона, то был обвиняем. История Иеремии представляет замечательный пример

этого (см. Иеремия). Поскольку законодатель почитал обязанностью предупредить

израильтян беречься ложных пророков, то надобно было дать средство для

отличия истинных пророчеств от ложных; без этого иудеи могли бы обольститься

суетными словами какого-либо безумца или фанатика и оставить закон. Пророчество

имело авторитет только под тем условием, когда пророк одарен был силой

чудес или когда его прежние предсказания уже исполнились. Так, например,

исполнение пророчества Исайи о совершенном поражении войска Сеннахирима

давало большой вес его предсказанию о будущих бедствиях Иерусалима и его

чудесном освобождении. Впрочем, известно, что жизнь большей части пророков

была изобильна чудесами величайшими. Но могло случиться, что человек, обладавший

искусством производить чудесные, по-видимому, действия, никому кроме него

неизвестным, мог злоупотреблять им и увлекать за собой народ, всегда легковерный

и склонный к идолопоклонству; предвидя это бедствие, Моисей дал следующий

закон: «Если восстанет среди тебя пророк, или сновидец, и представит тебе

знамение или чудо, и сбудется то знамение или чудо, о котором он говорил

тебе, и скажет притом: «пойдем вслед богов иных, которых ты не знаешь,

и будем служить им», — то не слушай слов пророка сего, или сновидца сего;

ибо чрез сие искушает вас Господь, Бог ваш, чтобы узнать, любите ли вы

Господа, Бога вашего, от всего сердца вашего и от всей души вашей; Господу,

Богу вашему, последуйте и Его бойтесь, заповеди Его соблюдайте и гласа

Его слушайте, и Ему служите, и к Нему прилепляйтесь; а пророка того или

сновидца того должно предать смерти за то, что он уговаривал вас отступить

от Господа, Бога вашего, выведшего вас из земли Египетской и избавившего

тебя из дома рабства, желая совратить тебя с пути, по которому заповедал

тебе идти Господь, Бог твой; и так истреби зло из среды себя» (Втор. 13:1—5)

Пророчества, заключающиеся в священных книгах, могут быть разделены на

три класса:

1) пророчества, исполнившиеся до пришествия в мир Иисуса Христа;

2) пророчества, исполнившиеся во время Иисуса Христа;

3) пророчества, которые исполнятся при конце веков.

Первые служили подкреплением веры во вторые; они составляли как бы

доказательство исполнения вторых, доказательство для тех, которые не должны

были быть свидетелями этого исполнения. Что они (первые) действительно

исполнились, в этом нельзя сомневаться после единодушного свидетельства

тех, которые были их хранителями, предметом, и которые, следовательно,

лучше, чем кто-либо другой, могли и понимать их, и прилагать их к событиям.

Отвергать существование этих пророчеств значило бы отвергать существование

Священного Писания; отвергать их исполнение значило бы отвергать историю

иудеев, и еще более значило бы отвергать историю соседних народов и даже

историю могущественных монархий Востока, которые Бог часто употреблял исполнителями

Его предначертаний касательно своего народа, и судьбы которых были поэтому

часто возвещаемы.

Так, взятие Вавилона Киром предсказано Исайей и Иеремией с малейшими

обстоятельствами. Пророк видел даже средства, употребленные впоследствии

победителем для покорения этого города. Сам Кир, которого Исайя назвал

по имени за двести лет до его рождения, сам Кир признал себя исполнителем

Божественного слова и, восхищенный пророчеством, предсказавшим его победы,

признался, что обязан своей властью Богу небесному, Которому поклонялись

иудеи. Итак, по крайней мере, для того, чтобы не уничтожить всю древнюю

историю, надобно допустить, что пророчества были и исполнились. Неопровержимое

исполнение одного пророчества доказывает Богодухновенность самого пророка,

а Священное Писание заключает в себе большое множество таких пророчеств,

не включая сюда относящихся к Иисусу Христу. Остановив внимание на последних,

относящихся к главной цели пророчества, находим в них несомненное доказательство

божественности Посредника. Величайшее из доказательств божественности Иисуса

Христа суть пророчества. Вот почему Бог так обильно изливал пророческий

дар; ибо событие, к которому они относятся, есть чудо, существующее от

начала до конца церкви. Таким образом, Бог возбуждал пророков в продолжение

тысячи шестисот лет и в продолжение четырехсот лет рассевал пророчества

вместе с иудеями по всему миру. Таково было приготовление к рождению Иисуса

Христа, Которого Евангелие должно было загреметь во всех концах вселенной;

надобно было, чтобы эти пророчества не только находились в еврейском народе,

чтобы привести его к вере, но и были рассеяны по всему миру, чтобы привести

весь мир к вере в Евангелие. Конечно, весьма важно, если бы и один человек

написал книгу пророчеств о Иисусе Христе, а Иисус Христос пришел в мир

согласно с его предсказаниями; но еще важнее, если целый ряд мужей в продолжении

пяти тысяч лет постоянно и неизменно один за другим предсказывают одно

и то же событие, если его возвещает весь народ, существующий в продолжении

пяти тысяч лет, чтобы дать свидетельство в своих убеждениях, от которых

он не может быть отвращен никакими угрозами, никакими гонениями; это важнее

всего. Пророков Исайю, Иеремию, Иезекииля и Даниила называют великими по

объему их писаний; двенадцать других называются малыми пророками, не по

причине свойства их пророчеств или образов их изложения, но потому, что

от них осталось только несколько глав. Большая часть этих вдохновенных

Богом мужей отличаются высоким и восторженным слогом. Хотя по времени Исайя

не есть первый из пророков, но поставляется во главе прочих или по причине

постоянного величия и высокое™ его слога, или потому, что его пророчества

имеют более пространства и точности. Поэтому-то мы и почли за нужное изложить,

не приступая к его жизни, эти общие замечания. Прежде чем откроем писания

человеков Божиих для отыскания в них доказательства нашей веры, нам показалось

приличным изъяснить цель пророческого служения и образ, которым Предвечный

приготовлял народы к вере в Своего возлюбленного Сына. Исайя, сын Амосов,

происходил из колена Иудина. Его отец, по общему мнению, был сын Иоаса

и, следовательно, брат Амасии, царя иудейского. Говорят, что одна из его

дочерей была супругой Манассии. Впрочем, для того, кого Господь избрал

хранителем предначертаний небесного милосердия и правосудия, не важна значительность

предков. Исайя — первый из великих пророков; он сам показывает, что служение

пророческое отправлял в царствование Озии, Иофа-ма, Ахаза и Езекии. Его

имя неразлучно со всеми важными происшествиями этого времени: он присутствовал

при возвещенном им разрушении Самарии; он слышал богохульство Сеннахирима,

предсказал его бегство и видел освобожденный Иерусалим. Это замечательное

предсказание, скоро исполнившееся, дало ему величайшую славу во всем царстве.

Господь даровал также ему силу чудес; вспомним здесь только о чуде для

подтверждения выздоровления Езекии. Мы не станем следовать за ним на его

пророческом поприще: его жизнь тесно связана с жизнью современных ему царей;

его истории надобно искать в истории этих царей. Вот как совершилось его

призвание. В год смерти царя Озии Исайя видит Господа, сидящего на возвышенном

престоле; складки Его великолепной одежды наполняли всю внутренность храма.

Над престолом парили два серафима; каждый из них имел шесть крыльев, из

которых двумя прикрывал лицо, двумя закрывал ноги, а двумя остальными держался

на воздухе; они воспевали: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля

полна славы Его!» (Ис. 6:3). После этого восклицания серафимов косяки дверей

упали и вся ограда храма наполнилась дымом. «О я несчастный! — вскричал

Исайя, — Я живу среди людей нечистых: язык мой нечист; я не нахожусь в

числе живых, ибо глаза мои видели Великого Царя, владыку всего!» Тогда

к нему приблизился один из серафимов; он держал клещами раскаленный уголь,

взятый с алтаря, и приблизивши его к устам Исайи, сказал: «Прикосновением

этого угля очищается нечистота твоя». В то же время Исайя услышал глас

Господа: «Кого Мне послать? и кто пойдет для Нас?» Исайя сказал: «Вот я,

пошли меня». Тогда Господь отвечал: «Пойди и скажи этому народу: слухом

услышите — и не уразумеете, и очами смотреть будете — и не увидите. Ибо

огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули,

да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся,

чтобы Я исцелил их». Исайя спросил: «Надолго ли, Господи? Он сказал: доколе

не опустеют города, и останутся без жителей, и домы без людей, и доколе

земля эта совсем не опустеет. И удалит Господь людей, и великое запустение

будет на этой земле. И если еще останется десятая часть на ней и возвратится,

и она опять будет разорена; но как от теревинфа и как от дуба, когда они

и срублены, остается корень их, так святое семя будет корнем ее» (Ис. гл.

6). — Такой образ призвания сильно должен был действовать на воображение

и возбуждать самое религиозное внимание слушателей. Какое бесконечное различие

между пророками иудейскими и мудрецами других народов! У египтян, столь

хвастливых, народ молчал в присутствии жрецов и правителей; Гарпократ клал

палец на губы; молчание было богом. В Израиле это было слово, и это слово,

отважное и смелое, без боязни обращалось и к народам, и к царям, и к служителям

алтарей Божиих. С достоверностью неизвестно время ни рождения, ни смерти

Исайи. Общепринятое предание между иудеями и христианами первых веков было

то, что Исайя получил мученическую кончину в царствование Манассии; это

предание говорит, что пророк был перепилен деревянной пилой; другие утверждают,

что он сделался жертвой своей ревности в Египте. Несмотря на эти различные

мнения, достоверно то, что он достиг глубокой старости. Предположив даже,

что его пророческое служение началось в последний год царствования Озии,

от сего времени до смерти Езекии остается еще значительный период времени.

Таким образом, его пророческое служение продолжалось около семидесяти лет,

из чего можно заключить, что он жил около ста лет. Он имел двух сыновей:

Сар-Иссува и Мер-Силал-Ес-Веза. В книге Паралипоменон говорится, что сын

Амосов написал книгу деяний царя Озии; но эта книга потеряна, как и многие

другие

памятники, упоминаемые в священных книгах. Некоторые писатели утверждали,

что Исайя был автором Притчей, Екклезиаста, Песни Песней и Книги Иова.

Но предание церкви и просвещенная беспристрастная критика опровергли это

мнение и доказали, что в целом каноне Божественных писаний ему принадлежат

только пророчества, носящие его имя. В первые века христианства появлялись

многие книги под именем пророка Исайи, как, например, Славный, Восхождение

Исайи, Видение Исайи, которые ныне вовсе неизвестны. Исайя по справедливости

почитается первым из еврейских писателей; его слог постоянно чист, блестящ,

роскошен; его мысль быстра как молния; его сравнения смелы, свежи и верны.

Нельзя без ужаса читать страшные упреки, которые он обращает к своему народу,

и угрозы, предсказываемые им от лица Всевышнего: «Слушайте, небеса, и внимай,

земля, потому что Господь говорит: Я воспитал и возвысил сыновей, а они

возмутились против Меня. Вол знает владетеля своего, и осел — ясли господина

своего; а Израиль не знает [Меня], народ Мой не разумеет. Увы, народ грешный,

народ обремененный беззакониями, племя злодеев, сыны погибельные! Оставили

Господа, презрели Святого Израшева, — повернулись назад. Во что вас бить

еще, продолжающие свое упорство ? Вся голова в язвах, и все сердце исчахло.

От подошвы ноги до темени головы нет у него здорового места: язвы, пятна,

гноящиеся раны, неочищенные и необвязанные и не смягченные елеем. Земля

ваша опустошена; города ваши сожжены огнем; поля ваши в ваших глазах съедают

чужие; все опустело, как после разорения чужими... Если бы Господь Саваоф

не оставил нам небольшого остатка, то мы были бы то же, что Содом, уподобились

бы Гоморре... К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен

всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев

и козлов не хочу. Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует

от вас, чтобы вы топтали дворы Мои? Не носите больше даров тщетных.: курение

отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу

терпеть: беззаконие — и празднование!.. И когда вы простираете руки ваши,

Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу:

ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от

очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды,

спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите

- и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, — как

снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю. Если захотите

и послушаетесь, то будете вкушать блага земли; если же отречетесь и будете

упорствовать, то меч пожрет вас: ибо уста Господни говорят. Как сделалась

блудницею верная столица, исполненная правосудия! Правда обитала в ней,

а теперь — убийцы» (Ис. 1:2—7, 9, 11— 13, 15—21). Но еще ужаснее и страшнее

угрозы пророка Исайи, направленные против юношества. «И сказал Господь:

за то, что дочери Сиона надменны и ходят, подняв шею и обольщая взорами,

и выступают величавою поступью и гремят цепочками на ногах, — оголит Господь

темя дочерей Сиона и обнажит Господь срамоту их; в тот день отнимет Господь

красивые цепочки на ногах и звездочки, и луночки, серьги, и ожерелья, и

опахала, увясла и запястья, и пояса, и сосудцы с духами, и привески волшебные,

перстни и кольца в носу, верхнюю одежду и нижнюю, и платки, и кошельки,

светлые тонкие епанчи и повязки, и покрывала. И будет вместо благовония

зловоние, и вместо пояса будет веревка, и вместо завитых волос — плешь,

и вместо широкой епанчи - узкое вретище, вместо красоты — клеймо. Мужи

твои падут от меча, и храбрые твои — на войне. И будут воздыхать и плакать

ворота столицы, и будет она сидеть на земле опустошенная... И ухватятся

семь женщин за одного мужчину в тот день, и скажут: «свой хлеб будем есть

и свою одежду будем носить, только пусть будем называться твоим именем,

— сними с нас позор» (Ис. 3:16—25, 4:1.). Иногда, чтобы лучше дать иудейскому

народу почувствовать всю неблагодарность его к Иегове, пророк употребляет

самые счастливые иносказания. «Воспою Возлюбленному моему песнь Возлюбленного

моего о винограднике Его. У Возлюбленного моего был виноградник на вершине

утучненной горы, и Он обнес его оградою, и очистил его от камней, и насадил

в нем отборные виноградные лозы, и построил башню посреди его, и выкопал

в нем точило, и ожидал, что он принесет добрые грозды, а он принес дикие

ягоды. И ныне, жители Иерусалима и мужи Иуды, рассудите Меня с виноградником

Моим. Что еще надлежало бы сделать для виноградника Моего, него Я не сделал

ему? Почему, когда Я ожидал, что он принесет добрые грозды, он принес дикие

ягоды? Итак Я скажу вам, что сделаю с виноградником Моим: отниму у него

ограду, и будет он опустошаем; разрушу стены его, и будет попираем, и оставлю

его в запустении: не будут ни обрезывать, ни вскапывать его, — и зарастет

он тернами и волчцами, и повелю облакам не проливать на него дождя. Виноградник

Господа Саваофа есть дом Израилев, и мужи Иуды — любимое насаждение Его.

И ждал Он правосудия, но вот — кровопролитие; ждал правды, и вот — вопль»

(Ис. 5:1—7). Чтобы показать пророчества Исайи нашим читателям столько,

сколько позволяют пределы этой статьи, мы разделим их на три класса: 1)

пророчества, относящиеся к иудейскому народу; 2) пророчества, относящиеся

к другим народам; 3) пророчества, относящиеся к Мессии; взгляд на каждый

из этих классов посвятит нас в удивительные тайны Промысла и покажет, что

то, что мы в своем неведении часто называем случаем или счастьем, есть

следствие Божественной воли, достигающей своих целей неведомыми для нас

средствами.

1. ПРОРОЧЕСТВА, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ИУДЕЙСКОМУ НАРОДУ. Под этим общим

именем мы разумеем все то, что Исайя обращал к царству ли Иудейскому, или

Израильскому, все то, что он написал о случившихся в его время происшествиях

и их неизбежных последствиях. Но не всю эту часть пророчеств мы будем излагать

здесь; мы ограничимся только показанием того, что относится ко взятию Иерусалима,

плену вавилонскому, возвращению из этого плена и будущим судьбам народа

Божия. «Близко время его, и не замедлят дни его, ибо помилует Господь Иакова

и снова возлюбит Израиля; и поселит их на земле их, и присоединятся к ним

иноземцы и прилепятся к дому Иакова. И возьмут их народы, и приведут на

место их, и дом Израичя усвоит их себе на земле Господней рабами и рабынями,

и возьмет в плен пленивших его, и будет господствовать над угнетателями

своими. И будет в тот день: когда Господь устроит тебя от скорби твоей

и от страха и от тяжкого рабства, которому ты порабощен был, ты произнесешь

победную песнь на царя Вавилонского и скажешь: как не стало мучителя, пресеклось

грабительство! Сокрушил Господь жезл нечестивых, скипетр владык, поражавший

народы в ярости ударами неотвратимыми, во гневе господствовавший над племенами

с неудержимым преследованием» (Ис. 14:1—6). «Я воззвал орла от востока,

из дальней страны, исполнителя определения Моего. Я сказ